Неточные совпадения
Маленькая горенка с маленькими окнами, не отворявшимися ни
в зиму, ни
в лето, отец, больной человек,
в длинном сюртуке
на мерлушках и
в вязаных хлопанцах, надетых
на босую ногу, беспрестанно вздыхавший, ходя по комнате, и плевавший
в стоявшую
в углу песочницу, вечное сиденье
на лавке, с пером
в руках, чернилами
на пальцах и даже
на губах, вечная пропись перед глазами: «не лги, послушествуй старшим и носи добродетель
в сердце»; вечный шарк и шлепанье по комнате хлопанцев, знакомый, но всегда суровый голос: «опять задурил!», отзывавшийся
в то время, когда ребенок, наскуча однообразием труда, приделывал к букве какую-нибудь кавыку или хвост; и вечно знакомое, всегда неприятное чувство, когда вслед за сими словами краюшка уха его скручивалась очень больно ногтями длинных протянувшихся сзади пальцев: вот бедная картина первоначального его детства, о котором едва сохранил он бледную память.
Я взошел
в хату: две
лавки и стол, да огромный сундук возле печи составляли всю ее мебель.
На стене ни одного образа — дурной знак!
В разбитое стекло врывался морской ветер. Я вытащил из чемодана восковой огарок и, засветив его, стал раскладывать вещи, поставив
в угол шашку и ружье, пистолеты положил
на стол, разостлал бурку
на лавке, казак свою
на другой; через десять минут он захрапел, но я не мог заснуть: передо мной во мраке все вертелся мальчик с белыми глазами.
Я взялся за нянюшкино лекарство, но, не привыкнув пить вдруг по пяти чашек, попотчевал излишне для меня сваренным молодого человека, который сидел
на одной со мной
лавке, но
в другом
углу у окна.
Горница была большая, с голландскою печью и перегородкой. Под образами стоял раскрашенный узорами стол,
лавка и два стула. У входа был шкафчик с посудой. Ставни были закрыты, мух было мало, и так чисто, что Левин позаботился о том, чтобы Ласка, бежавшая дорогой и купавшаяся
в лужах, не натоптала пол, и указал ей место
в углу у двери. Оглядев горницу, Левин вышел
на задний двор. Благовидная молодайка
в калошках, качая пустыми ведрами
на коромысле, сбежала впереди его зa водой к колодцу.
На лавке лежало одноствольное ружье,
в углу валялась груда тряпок; два больших горшка стояли возле печки.
Мужик глянул
на меня исподлобья. Я внутренне дал себе слово во что бы то ни стало освободить бедняка. Он сидел неподвижно
на лавке. При свете фонаря я мог разглядеть его испитое, морщинистое лицо, нависшие желтые брови, беспокойные глаза, худые члены… Девочка улеглась
на полу у самых его ног и опять заснула. Бирюк сидел возле стола, опершись головою
на руки. Кузнечик кричал
в углу… дождик стучал по крыше и скользил по окнам; мы все молчали.
Улицы наполняла ворчливая тревога, пред
лавками съестных припасов толпились, раздраженно покрикивая, сердитые, растрепанные женщины,
на углах небольшие группы мужчин, стоя плотно друг к другу, бормотали о чем-то, извозчик, сидя
на козлах пролетки и сморщив волосатое лицо, читал газету, поглядывая
в мутное небо, и всюду мелькали солдаты…
Она освещена была двумя сальными свечами, а стены оклеены были золотою бумагою; впрочем,
лавки, стол, рукомойник
на веревочке, полотенце
на гвозде, ухват
в углу и широкий шесток, [Шесток — площадка
в передней части русской печи.] уставленный горшками, — все было как
в обыкновенной избе.
Над ними клубится облаком пар, от небольших, поставленных
в разных
углах лавки печей, и, поклубившись по харчевне, вырывается
на улицу, обдает неистовым, крепким запахом прохожего и исчезает — яко дым.
Мать не поверила, но как увидала, сама испугалась и заперла сени и дверь
в избу. Ужи проползли под ворота и вползли
в сени, но не могли пройти
в избу. Тогда они выползли назад, все вместе свернулись клубком и бросились
в окно. Они разбили стекло, упали
на пол
в избу и поползли по
лавкам, столам и
на печку. Маша забилась
в угол на печи, но ужи нашли ее, стащили оттуда и повели к воде.
Не рано проснулся Бурульбаш после вчерашнего веселья и, проснувшись, сел
в углу на лавке и начал наточивать новую, вымененную им, турецкую саблю; а пани Катерина принялась вышивать золотом шелковый рушник. Вдруг вошел Катеринин отец, рассержен, нахмурен, с заморскою люлькою
в зубах, приступил к дочке и сурово стал выспрашивать ее: что за причина тому, что так поздно воротилась она домой.
Занавеска отдернулась, и Алеша увидел давешнего врага своего,
в углу, под образами,
на прилаженной
на лавке и
на стуле постельке. Мальчик лежал накрытый своим пальтишком и еще стареньким ватным одеяльцем. Очевидно, был нездоров и, судя по горящим глазам,
в лихорадочном жару. Он бесстрашно, не по-давешнему, глядел теперь
на Алешу: «Дома, дескать, теперь не достанешь».
Он оглянулся во все стороны, быстро вплоть подошел к стоявшему пред ним Алеше и зашептал ему с таинственным видом, хотя по-настоящему их никто не мог слышать: старик сторож дремал
в углу на лавке, а до караульных солдат ни слова не долетало.
Марина выказала всю данную ей природой ловкость, извиваясь, как змея, бросаясь из
угла в угол, прыгая
на лавки,
на столы, металась к окнам,
на печь, даже пробовала
в печь: вожжа следовала за ней и доставала повсюду, пока, наконец, Марина не попала случайно
на дверь.
На углу Новой площади и Варварских ворот была лавочка рогожского старообрядца С. Т. Большакова, который торговал старопечатными книгами и дониконовскими иконами. Его часто посещали ученые и писатели. Бывали профессора университета и академики. Рядом с ним еще были две такие же старокнижные
лавки, а дальше уж, до закрытия толкучки,
в любую можно сунуться с темным товаром.
Начиная с лестниц, ведущих
в палатки, полы и клетки содержатся крайне небрежно, помет не вывозится, всюду запекшаяся кровь, которою пропитаны стены
лавок, не окрашенных, как бы следовало по санитарным условиям, масляного краскою; по
углам на полу всюду набросан сор, перья, рогожа, мочала… колоды для рубки мяса избиты и содержатся неопрятно, туши вешаются
на ржавые железные невылуженные крючья, служащие при
лавках одеты
в засаленное платье и грязные передники, а ножи
в неопрятном виде лежат
в привешанных к поясу мясников грязных, окровавленных ножнах, которые, по-видимому, никогда не чистятся…
Это было через край. Я соскочил с саней и пошел
в избу. Полупьяный исправник сидел
на лавке и диктовал полупьяному писарю.
На другой
лавке в углу сидел или, лучше, лежал человек с скованными ногами и руками. Несколько бутылок, стаканы, табачная зола и кипы бумаг были разбросаны.
Ягоды высыпала
на лавку в стряпном
углу, а квас не во что было ей перелить, опричь пустого горшка из-под щей.
Облокотясь
на стол и припав рукою к щеке, тихими слезами плакала Пелагея Филиппьевна, когда, исправивши свои дела, воротился
в избу Герасим. Трое большеньких мальчиков молча стояли у печки,
в грустном молчанье глядя
на грустную мать. Четвертый забился
в углу коника за наваленный там всякого рода подранный и поломанный хлам. Младший сынок с двумя крошечными сестренками возился под
лавкой. Приукутанный
в грязные отрепья, грудной ребенок спал
в лубочной вонючей зыбке, подвешенной к оцепу.
Стихла
в испуге Серафима Ильинишна. Вспрыгнула
на лавку и, поджав ноги калачиком, забилась
в самый
угол и крепко зажмурила глаза.
Внутри келий не было так приглядно и нарядно, как
в женских скитах: большие, тяжелые столы, широкие
лавки на толстых,
в целое бревно, ножках, изразцовые печи и деревянные столярной работы божницы
в углах — вот и все внутреннее убранство.
Я жил тогда
в garni дома, сделавшегося историческим,
на углу Невского и одной из Садовых.
В нем позднее произошел взрыв, направленный из молочно-сырной
лавки, где Желябов с товарищами готовил свою адскую машину.
— Не бойся, бабка, — сказала она примирительно, — это не лихой человек, он нам худого не сделает. Милости просим садиться, — прибавила она, указывая мне
на лавку в переднем
углу и не обращая более внимания
на воркотню старухи.
На залавке между тем лежала приготовленная для щей говядина; кучер Семка
в углу на лавке, подложив под деревянное корыто свои рукавицы, рубил говядину для котлет;
на окне
в тарелке стояло коровье масло и кринка молока, — одним словом, Домнушка почувствовала себя кругом виноватою.
Mademoiselle Лебядкина, которую я так желал видеть, смирно и неслышно сидела во второй комнате
в углу, за тесовым кухонным столом,
на лавке.
Тогда я забрался
на лавку,
в угол, к образам, начал читать стоя, при свете лампады, и, утомленный, заснул, опустясь
на лавку, а проснулся от крика и толчков старухи.
В углу на лавке дремал оборванец
в лаптях и сером подобии зипуна.
Я покупал говядину
в какой-то лавочке «
на углу»; Глумов —
на Круглом рынке; я покупал рыбу
в Чернышевом переулке, Глумов —
на Мытном дворе; я приобретал дичь
в первой попавшейся
лавке,
на дверях которой висел замороженный заяц, Глумов —
в каком-то складе, близ Шлиссельбургской заставы.
Кожемякину стало немного жалко старика, он вздохнул и снова осмотрел комнату, тесно заставленную сундуками и комодами. Блестели две горки, битком набитые серебром: грудами чайных и столовых ложек, связанных верёвочками и лентами, десятками подстаканников, бокалов с чернью, золочёных рюмок.
На комодах стояли подсвечники, канделябры, несколько самоваров, а весь передний
угол был густо завешан иконами
в ризах; комната напоминала
лавку старьёвщика.
Дул ленивый сырой ветер, обрывая последние листья с полуголых деревьев, они падали
на влажную землю и кувыркались по ней, разбегаясь
в подворотни,
в углы, под
лавки у ворот.
На углу купол башни
в новом заграничном стиле прихорашивал всю эту кучу тяжелых, приземистых каменных ящиков, уходил
в небо, напоминая каждому, что старые времена прошли, пора пускать и приманку для глаз, давать архитекторам хорошие деньги, чтобы весело было господам купцам платить за трактиры и
лавки.
Наташка, завидевшая сердитого деда
в окно, спряталась куда-то, как мышь. Да и сама баушка Лукерья трухнула: ничего худого не сделала, а страшно. «Пожалуй, за дочерей пришел отчитывать», — мелькнуло у ней
в голове. По дороге она даже подумала, какой ответ дать. Родион Потапыч зашел
в избу, помолился
в передний
угол и присел
на лавку.
И стало тихо. Хозяин ушёл
в свою комнату, оттуда донеслось громкое щёлканье косточек
на счётах. Илья, держась за голову руками, сидел
на полу и с ненавистью смотрел
на приказчика, а он стоял
в другом
углу лавки и тоже смотрел
на мальчика нехорошими глазами.
Нехлюдов вошел
в избу. Неровные, закопченные стены
в черном
углу были увешаны разным тряпьем и платьем, а
в красном буквально покрыты красноватыми тараканами, собравшимися около образов и
лавки.
В середине этой черной, смрадной, шестиаршинной избёнки,
в потолке была большая щель, и несмотря
на то, что
в двух местах стояли подпорки, потолок так погнулся, что, казалось, с минуты
на минуту угрожал разрушением.
Юхванка, сидевший
в красном
углу на лавке, увидев барина, бросился к печи, как будто хотел спрятаться от него, поспешно сунул
на полати какую-то вещь и, подергивая ртом и глазами, прижался около стены, как будто давая дорогу барину.
В первой комнате,
в которую священник привел своего гостя,
в переднем
углу стоял большой киот с множеством образов, перед которым горели три лампады. Священник размашисто перекрестился
на иконы и сел
на лавку.
Микешка, умаявшись долгим путем, присел
на лавку тут же,
в прихожей, большой светлой комнате со скамейками вдоль стен и с вешалкой внушительных размеров
в углу.
Этого мало: едва появилось
в газетах объявление, что мои наследницы купили
в магазине Зальцфиша полдюжины носовых платков, как публика валом повалила
на угол Гороховой и Большой Мещанской и с десяти часов утра до десяти вечера держала
в осаде
лавку, дотоле никем не посещаемую.
Ариша отошла
в угол лавки и, поправляя сбившееся платье и платок
на голове, тихонько заплакала. Гордей Евстратыч сначала улыбался, а потом подошел к невестке и сильно толкнул ее локтем
в бок.
Зная нрав Глеба, каждый легко себе представит, как приняты были им все эти известия. Он приказал жене остаться
в избе, сам поднялся с
лавки, провел ладонью по лицу своему,
на котором не было уже заметно кровинки, и вышел
на крылечко. Заслышав голос Дуни, раздавшийся
в проулке, он остановился. Это обстоятельство дало, по-видимому, другое направление его мыслям. Он не пошел к задним воротам, как прежде имел намерение, но выбрался
на площадку, обогнул навесы и притаился за
угол.
Пустая горница
в старом графском «Приказе», с
лавками по стенам, два окна против двери, икона
в правом
углу. Серенький холодный денек. Горница не протоплена, и
в ней он вздрагивает и видит
на полу два пучка розог.
Рославлев вошел
в избу.
В переднем
углу,
на лавке, лежал раненый. Все признаки близкой смерти изображались
на лице умирающего, но кроткой взор его был ясен и покоен.
Осторожно заглянув
в предбанник, он увидал
в углу его,
в тени,
на лавке распластанную фигурку своего врага, — склонив голову, широко раздвинув ноги, он занимался детским грехом. Это
на секунду обрадовало Артамонова, но тотчас же он вспомнил о Якове, Илье и
в испуге, с отвращением, зашипел...
Евсей покосился
в угол, где
на лавке лежала мать, и тихонько ответил...
Стало просторнее, тише. Климков, забитый
в угол, скорчившись
на лавке, равнодушно подумал...
По стенам светлицы были
лавки, а
в переднем
углу стоял вымытый и выскобленный стол,
в заднем,
на двух столбах, стояло корыто, над которым находились полки с разной посудой.
Когда я, впервые, пришел
в лавку, Деренков, занятый с покупателями, кивнул мне
на дверь
в комнату, я вошел туда и вижу:
в сумраке,
в углу, стоит
на коленях, умиленно молясь, маленький старичок, похожий
на портрет Серафима Саровского. Что-то неладное, противоречивое почувствовал я, глядя
на старичка.
Кроме стола и табурета
в комнате стояли две
лавки у стен да кровать с пузатой периной и несколькими подушками;
на полке, приделанной к стене, противоположной переднему
углу, лежали,
в образцовом порядке, несколько десятков книг
в кожаных переплетах и свитков с рукописями.
Троекратно облобызав приехавшего брата, князь Василий ввел его
в брусяную избу с изразцовой лежанкой, с длинными дубовыми
лавками вокруг стола, стоявшего ближе к переднему
углу, и со множеством золотой и серебряной посуды, красиво уставленной
на широких полках.
Старый князь и Воротынский сели
на лавку у стола, стоявшего
в переднем
углу горницы.